Неточные совпадения
Я плачу… если вашей Тани
Вы не забыли до сих пор,
То знайте: колкость вашей брани,
Холодный, строгий разговор,
Когда б в моей лишь было власти,
Я предпочла б обидной страсти
И этим письмам и слезам.
К моим младенческим мечтам
Тогда имели вы хоть жалость,
Хоть
уважение к летам…
А нынче! — что к моим ногам
Вас привело? какая малость!
Как
с вашим сердцем и умом
Быть чувства мелкого рабом?
Это, по-видимому, совершенно невинное достоинство приобрело, однако ж, ему много
уважения со стороны трактирного слуги, так что он всякий раз, когда слышал этот звук, встряхивал волосами, выпрямливался почтительнее и, нагнувши
с вышины свою голову, спрашивал: не нужно ли чего?
В Коби мы расстались
с Максимом Максимычем; я поехал на почтовых, а он, по причине тяжелой поклажи, не мог за мной следовать. Мы не надеялись никогда более встретиться, однако встретились, и, если хотите, я расскажу: это целая история… Сознайтесь, однако ж, что Максим Максимыч человек, достойный
уважения?.. Если вы сознаетесь в этом, то я вполне буду вознагражден за свой, может быть, слишком длинный рассказ.
Будьте уверены, что он говорил об вас
с восторженным
уважением.
Одним словом, кончилось тем, что преступник присужден был к каторжной работе второго разряда, на срок всего только восьми лет, во
уважение явки
с повинною и некоторых облегчающих вину обстоятельств.
— Хоть бы умереть-то дали спокойно! — закричала она на всю толпу, — что за спектакль нашли!
С папиросами! Кхе-кхе-кхе! В шляпах войдите еще!.. И то в шляпе один… Вон! К мертвому телу хоть
уважение имейте!
Человек, оскорбленный и раздосадованный, как вы, вчерашним случаем и в то же время способный думать о несчастии других, — такой человек-с… хотя поступками своими он делает социальную ошибку, — тем не менее… достоин
уважения!
Прекрасный образ Дуни, когда та откланялась ей
с таким вниманием и
уважением во время их первого свидания у Раскольникова,
с тех пор навеки остался в душе ее как одно из самых прекрасных и недосягаемых видений в ее жизни.
Ушли все на минуту, мы
с нею как есть одни остались, вдруг бросается мне на шею (сама в первый раз), обнимает меня обеими ручонками, целует и клянется, что она будет мне послушною, верною и доброю женой, что она сделает меня счастливым, что она употребит всю жизнь, всякую минуту своей жизни, всем, всем пожертвует, а за все это желает иметь от меня только одно мое
уважение и более мне, говорит, «ничего, ничего не надо, никаких подарков!» Согласитесь сами, что выслушать подобное признание наедине от такого шестнадцатилетнего ангельчика
с краскою девичьего стыда и со слезинками энтузиазма в глазах, — согласитесь сами, оно довольно заманчиво.
Он был взяточник в душе, по теории, ухитрялся брать взятки, за неимением дел и просителей,
с сослуживцев,
с приятелей, Бог знает как и за что — заставлял, где и кого только мог, то хитростью, то назойливостью, угощать себя, требовал от всех незаслуженного
уважения, был придирчив. Его никогда не смущал стыд за поношенное платье, но он не чужд был тревоги, если в перспективе дня не было у него громадного обеда,
с приличным количеством вина и водки.
Выше всего он ставил настойчивость в достижении целей: это было признаком характера в его глазах, и людям
с этой настойчивостью он никогда не отказывал в
уважении, как бы ни были не важны их цели.
— Представь, что мужчины, подходя к тебе, не опускали бы
с робким
уважением глаз, а смотрели бы на тебя
с смелой и лукавой улыбкой…
Уже мало оставалось для князя таких людей, как бабушка, которые были бы
с ним одного круга, одинакового воспитания, взгляда на вещи и одних лет; поэтому он особенно дорожил своей старинной дружеской связью
с нею и оказывал ей всегда большое
уважение.
Я не мог наглядеться на князя:
уважение, которое ему все оказывали, большие эполеты, особенная радость, которую изъявила бабушка, увидев его, и то, что он один, по-видимому, не боялся ее, обращался
с ней совершенно свободно и даже имел смелость называть ее ma cousine, внушили мне к нему
уважение, равное, если не большее, тому, которое я чувствовал к бабушке. Когда ему показали мои стихи, он подозвал меня к себе и сказал...
Неужели я потерял бы доброе мнение Сонечки, если бы я описал ей его
с теми любовью и
уважением, которые я к нему чувствовал?
С первой молодости он держал себя так, как будто готовился занять то блестящее место в свете, на которое впоследствии поставила его судьба; поэтому, хотя в его блестящей и несколько тщеславной жизни, как и во всех других, встречались неудачи, разочарования и огорчения, он ни разу не изменил ни своему всегда спокойному характеру, ни возвышенному образу мыслей, ни основным правилам религии и нравственности и приобрел общее
уважение не столько на основании своего блестящего положения, сколько на основании своей последовательности и твердости.
Но, несмотря на свою любовь и
уважение к Сергею Ивановичу, Константину Левину было в деревне неловко
с братом.
Степан Аркадьич, всегда милый, понимающий всё
с намека, в этот приезд был особенно мил, и Левин заметил в нем еще новую, польстившую ему черту
уважения и как будто нежности к себе.
Анна теперь
с трудом могла вспомнить то чувство почти набожного
уважения, которое она в первое время имела к этим лицам.
Большой дом со старою семейною мебелью; не щеголеватые, грязноватые, но почтительные старые лакеи, очевидно, еще из прежних крепостных, не переменившие хозяина; толстая, добродушная жена в чепчике
с кружевами и турецкой шали, ласкавшая хорошенькую внучку, дочь дочери; молодчик сын, гимназист шестого класса, приехавший из гимназии и, здороваясь
с отцом, поцеловавший его большую руку; внушительные ласковые речи и жесты хозяина — всё это вчера возбудило в Левине невольное
уважение и сочувствие.
Всё семейство сидело за обедом. Дети Долли
с гувернанткой и Варенькой делали планы о том, куда итти за грибами. Сергей Иванович, пользовавшийся между всеми гостями
уважением к его уму и учености, доходившим почти до поклонения, удивил всех, вмешавшись в разговор о грибах.
Несмотря на совершенное презрение свое к автору, Сергей Иванович
с совершенным
уважением приступил к чтению статьи. Статья была ужасна.
Главные качества Степана Аркадьича, заслужившие ему это общее
уважение по службе, состояли, во-первых, в чрезвычайной снисходительности к людям, основанной в нем на сознании своих недостатков; во-вторых, в совершенной либеральности, не той, про которую он вычитал в газетах, но той, что у него была в крови и
с которою он совершенно равно и одинаково относился ко всем людям, какого бы состояния и звания они ни были, и в-третьих — главное — в совершенном равнодушии к тому делу, которым он занимался, вследствие чего он никогда не увлекался и не делал ошибок.
Редко встречая Анну, он не мог ничего ей сказать, кроме пошлостей, но он говорил эти пошлости, о том, когда она переезжает в Петербург, о том, как ее любит графиня Лидия Ивановна,
с таким выражением, которое показывало, что он от всей души желает быть ей приятным и показать свое
уважение и даже более.
Для Константина народ был только главный участник в общем труде, и, несмотря на всё
уважение и какую-то кровную любовь к мужику, всосанную им, как он сам говорил, вероятно
с молоком бабы-кормилицы, он, как участник
с ним в общем деле, иногда приходивший в восхищенье от силы, кротости, справедливости этих людей, очень часто, когда в общем деле требовались другие качества, приходил в озлобление на народ за его беспечность, неряшливость, пьянство, ложь.
Он ласкал всех — одних
с оттенком гадливости, других
с оттенком
уважения; рассыпался «en vrai chevalier français» [Как истинный французский рыцарь (фр.).] перед дамами и беспрестанно смеялся крупным, звучным и одиноким смехом, как оно и следует сановнику.
Но Аркадий уже не слушал его и убежал
с террасы. Николай Петрович посмотрел ему вслед и в смущенье опустился на стул. Сердце его забилось… Представилась ли ему в это мгновение неизбежная странность будущих отношений между им и сыном, сознавал ли он, что едва ли не большее бы
уважение оказал ему Аркадий, если б он вовсе не касался этого дела, упрекал ли он самого себя в слабости — сказать трудно; все эти чувства были в нем, но в виде ощущений — и то неясных; а
с лица не сходила краска, и сердце билось.
Матвей Ильич отзывался
с большим
уважением о Гизо [Гизо Франсуа Пьер Гийом (1787–1874) — французский буржуазный историк и реакционный политический деятель.
Оно действительно вернее; а то
с нынешним народом беда: как раз из повиновения выйдет и
уважение потеряет.
Водились за ним, правда, некоторые слабости: он, например, сватался за всех богатых невест в губернии и, получив отказ от руки и от дому,
с сокрушенным сердцем доверял свое горе всем друзьям и знакомым, а родителям невест продолжал посылать в подарок кислые персики и другие сырые произведения своего сада; любил повторять один и тот же анекдот, который, несмотря на
уважение г-на Полутыкина к его достоинствам, решительно никогда никого не смешил; хвалил сочинение Акима Нахимова и повесть Пинну;заикался; называл свою собаку Астрономом; вместо однакоговорил одначеи завел у себя в доме французскую кухню, тайна которой, по понятиям его повара, состояла в полном изменении естественного вкуса каждого кушанья: мясо у этого искусника отзывалось рыбой, рыба — грибами, макароны — порохом; зато ни одна морковка не попадала в суп, не приняв вида ромба или трапеции.
Я уже имел честь представить вам, благосклонные читатели, некоторых моих господ соседей; позвольте же мне теперь, кстати (для нашего брата писателя всё кстати), познакомить вас еще
с двумя помещиками, у которых я часто охотился,
с людьми весьма почтенными, благонамеренными и пользующимися всеобщим
уважением нескольких уездов.
С своей стороны Иван Петрович оказывал
уважение к моим летам и сердечно был ко мне привержен.
— Насколько ты,
с твоей сдержанностью, аристократичнее других! Так приятно видеть, что ты не швыряешь своих мыслей, знаний бессмысленно и ненужно, как это делают все, рисуясь друг перед другом! У тебя есть
уважение к тайнам твоей души, это — редко. Не выношу людей, которые кричат, как заплутавшиеся в лесу слепые. «Я, я, я», — кричат они.
Эти размышления позволяли Климу думать о Макарове
с презрительной усмешкой, он скоро уснул, а проснулся, чувствуя себя другим человеком, как будто вырос за ночь и выросло в нем ощущение своей значительности,
уважения и доверия к себе. Что-то веселое бродило в нем, даже хотелось петь, а весеннее солнце смотрело в окно его комнаты как будто благосклонней, чем вчера. Он все-таки предпочел скрыть от всех новое свое настроение, вел себя сдержанно, как всегда, и думал о белошвейке уже ласково, благодарно.
После этой сцены Клим почувствовал нечто близкое
уважению к девушке, к ее уму, неожиданно открытому им. Чувство это усиливали толчки недоверия Лидии, небрежности,
с которой она слушала его. Иногда он опасливо думал, что Лидия может на чем-то поймать, как-то разоблачить его. Он давно уже замечал, что сверстники опаснее взрослых, они хитрее, недоверчивей, тогда как самомнение взрослых необъяснимо связано
с простодушием.
Он был «честен
с собой», понимал, что платит за внимание, за
уважение дешево, мелкой, медной монетой, от этого его отношение к людям, становясь еще более пренебрежительным, принимало оттенок благодушия, естественного человеку зрелому, взрослому в его беседах
с подростками.
Но прежде просил Кирила Петровича приехать к нему в гости
с Марьей Кириловной, и гордый Троекуров обещался, ибо, взяв в
уважение княжеское достоинство, две звезды и три тысячи душ родового имения, он до некоторой степени почитал князя Верейского себе равным.
Члены встретили его
с изъявлениями глубокого подобострастия, придвинули ему кресла из
уважения к его чину, летам и дородности; он сел при открытых дверях, — Андрей Гаврилович стоя прислонился к стенке, — настала глубокая тишина, и секретарь звонким голосом стал читать определение суда.
Сначала соседи смеялись между собою над высокомерием Троекурова и каждый день ожидали, чтоб незваные гости посетили Покровское, где было им чем поживиться, но, наконец, принуждены были
с ним согласиться и сознаться, что и разбойники оказывали ему непонятное
уважение…
Она увидела, что храбрость и гордое самолюбие не исключительно принадлежат одному сословию, и
с тех пор стала оказывать молодому учителю
уважение, которое час от часу становилось внимательнее.
Впрочем, в их
уважении к старшим я не заметил страха или подобострастия: это делается у них как-то проще, искреннее,
с теплотой, почти, можно сказать,
с любовью, и оттого это не неприятно видеть.
В другой раз два китайца несли на плечах,
с признаками большой осторожности и даже, кажется,
уважения, такую корзину, в которой небрежно покоилась свинья.
Охотники
с большим
уважением прошли мимо лесных владык.
Едва мы взошли на холм и сели в какой-то беседке, предшествующей кумирне, как вдруг тут же, откуда-то из чащи, выполз ликеец, сорвал в палисаднике ближайшего дома два цветка шиповника, потом сжался, в знак
уважения к нам, в комок и поднес нам
с поклоном.
Этого как бы трепещущего человека старец Зосима весьма любил и во всю жизнь свою относился к нему
с необыкновенным
уважением, хотя, может быть, ни
с кем во всю жизнь свою не сказал менее слов, как
с ним, несмотря на то, что когда-то многие годы провел в странствованиях
с ним вдвоем по всей святой Руси.
Брат Дмитрий Федорович отзывался о брате Иване
с глубочайшим
уважением,
с каким-то особым проникновением говорил о нем.
Замечу раз навсегда: новоприбывший к нам Николай Парфенович,
с самого начала своего у нас поприща, почувствовал к нашему Ипполиту Кирилловичу, прокурору, необыкновенное
уважение и почти сердцем сошелся
с ним.
Из таковых особенно сохранялась память о дожившем до ста пяти лет старце Иове, знаменитом подвижнике, великом постнике и молчальнике, преставившемся уже давно, еще в десятых годах нынешнего столетия, и могилу которого
с особым и чрезвычайным
уважением показывали всем впервые прибывающим богомольцам, таинственно упоминая при сем о некиих великих надеждах.
В поединке необходимо некоторое
уважение к противнику,
с которым стало тесно жить на свете.
Такие направления наши, как славянофильство и народничество, относились
с особенным
уважением и вниманием к народной жизни и по-разному стремились опереться на самые недра земли русской.